Среда, 20.03.2019, 02:13
Приветствую Вас Гость | RSS
Пресса
Штрихи к портрету [111]
Рубрика посвящена музыкантам, художникам, поэтам и писателям.
Opus [41]
Эту рубрику можно было бы также назвать «Композиторы о композиторах», потому что здесь говорится об особенностях современной академической музыки с профессиональной точки зрения.
Другая музыка [52]
Эта рубрика создана для того, чтобы освещать события и проблемы, связанные с неакадемической музыкой: джазовые фестивали, концерты бардовской песни, рок-концерты, театр фламенко.
Аудиокультура [13]
Рубрика знакомит с тем, что можно послушать вне концертного зала.
Театральные блики [69]
В статьях этой рубрики, подобно световым бликам, отражаются мгновения театральной жизни.
Музыка плюс... [41]
Говорим о новых явлениях и образах, которые возникают на пересечении различных видов искусств.
Меломан [177]
Статьи рубрики рассказывают о культурных событиях, большинство статей посвящены откликам на события концертного сезона.
Арт-сфера [81]
Здесь - размышления о кино, литературе и живописи.
Экзерсис [12]
Поиск
Форма входа
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Каталог статей

Главная » Статьи » Штрихи к портрету

Вдохновенное моцартианство русских аматеров: Мих.Виельгорский, А.Улыбышев

Ах, эта «золотая» пушкинская эпоха XIX столетия! Наполненная в 10-х - послевоенным оптимизмом победителей, в 20-х - разочарованием в декабристских либеральных иллюзиях; напоенная прозрачной меланхолией провинциальных усадеб и звучанием грибоедовских вальсов, аристократическим вызовом столичных салонов и блеском роскошных постановок императорских театров. Удивительное время аматеров – просвещенных любителей искусств. Это – когорта почти ренессансных героев, будоражимых классицистско-просветительским европейским духом. Владимир Одоевский, Михаил и Матвей Виельгорские, Александр Улыбышев… Сколько их было в то время – русских дворян, влюбленных в европейскую литературу, музыку, всей душой стремящихся ввести Россию в европейское пространство, сделать своеобразную культурную «прививку», не порывая с национальным духом, ощущением родной земли и традиции.

         Моцартианство стало одним из сильнейших культурных «дуновений» замечательной эпохи! Русские меломаны поняли, что Моцарт – олицетворение совершенства: в его музыке соединились классическая гармония, ясность и чистота языка, стройность мысли и эстетическое наслаждение. Это вызывало ответное чувство, сильнейшую культурную реакцию.

А что значил Моцарт для становления музыкальных вкусов отечественного дворянства XIX века! Очарованность просвещенных кругов русского общества музыкой Моцарта началась еще при его жизни, в конце XVIII столетия. Уже в начале 1800-х среди пестрого репертуара программ Филармонического общества звучали симфонии композитора, фрагменты из его опер.

Помимо публичных концертов официальных собраний очагами культурной жизни в русских столицах и провинциальных центрах традиционно были дома аристократов и знатных вельмож. Значение салонов в русском быту возрастало от середины XVIII века к 40-м годам следующего, гораздо более музыкального - девятнадцатого. Уже в 20-30-е годы в Петербурге, Москве, крупных российских городах появляется множество «музыкальных собраний». Одним из важнейших условий салонных вечеров было исполнение лучших образцов европейского искусства и музыкальное просвещение общества.

Среди русских приверженцев Моцарта ярко выделяются фигуры двух современников – Мих. Виельгорского и А.Улыбышева. В перипетиях их жизни отразились судьбы лучших представителей своего времени; а в зеркале их музыкальных салонов - нормы «хорошего тона» и духовной энергии высокого творческого накала русского общества.

Ровесники, вполне вероятно, приятели или, по крайней мере, добрые знакомые, почти наверняка встречавшиеся в Государственной коллегии иностранных дел в Петербурге, где оба служили, правда, в разные годы. Они имели общих знакомых, среди которых первейший русский композитор того времени, любимец салонов М.Глинка. Уже в детские годы у обоих стали заметны незаурядные музыкальные способности: тот и другой проявили интерес к игре на скрипке, пытались сочинять, изучали теорию музыки и гармонию, М.Виельгорский - даже в Париже у самого Л.Керубини. Оба испытывали сильнейшее влияние австро-немецкой музыкальной традиции. Нет сомнений и в общности их вкусовых пристрастий, свидетельство тому – восхищение творениями Моцарта и высокая оценка музыки М.Глинки, оба почитали «Жизнь за царя» шедевром.

Последующие зигзаги  их судеб тоже схожи, словно отраженные в зеркале жизни. Они любили принимать участие в семейных квартетных вечерах, А. Улыбышеву предназначалась партия первой скрипки, М.Виельгорскому — альта. Оба испытывали интерес ко всему новому, были поклонниками Л.Бетховена, с которым М.Виельгорский встречался в Вене, а А.Улыбышев написал монографию.

И снова параллель: аристократы по происхождению и по духу, корифеи салонной жизни, один – столичной, другой – провинциальной нижегородской, в определенный, не самый простой момент своей жизни оказались вдали от городской суеты. А.Улыбышев - в своем нижегородском имении Лукино, М.Виельгорский - в Луизино Курской губернии. Годы, проведенные в сельском уединении, не прошли даром – оба жили творческой жизнью, их любовь к музыке и просветительское призвание раскрылось там в полной мере.

После своеобразной деревенской «ссылки» М. Виельгорский вновь с головой окунулся в столичную светскую круговерть. Его дом на нынешней площади Искусств Санкт-Петербурга становится своеобразным музыкальным центром, он собирал у себя лучшие творческие силы столицы. Все заграничные музыкальные знаменитости, приезжавшие в Петербург, считали за особую честь не только быть принятыми на его музыкальных вечерах, но и непосредственно участвовать в них. М.Виельгорский собирал у себя блистательное дворянское общество, которое состояло из наиболее одаренных и образованных людей своего времени. Михаил Юрьевич находился в дружеских отношениях с А. Пушкиным, Н.Гоголем, М.Глинкой, В.Одоевским, А.Алябьевым. Сегодня мало кто знает, что первая репетиция оперы Глинки «Жизнь за царя» прошла именно в доме  М.Виельгорского, и кажется невероятным, что сам Ф. Лист впервые играл там с листа (по партитуре) «Руслана и Людмилу».

         Писатель В.Соллогуб, зять М.Виельгорского вспоминал: «У них редко танцевали, но почти каждую неделю на половине самого графа, то есть в его отдельном помещении, устраивались концерты, в которых принимали участие все находившиеся в то время в Петербурге знаменитости. Граф Михаил Юрьевич был одним из первых и самых любимых русских меценатов; все этому в нем способствовало: большое состояние, огромные связи, высокое, так сказать, совершенно выходящее из ряда общего положение, которое он занимал при дворе, тонкое понимание искусства, наконец, его блестящее и вместе с тем очень серьезное образование и самый добрый и простой нрав».

Поэт Д. Веневитинов называл дом Виельгорского «академией музыкального вкуса», Г. Берлиоз, приезжавший в Россию, — «маленьким храмом изящных искусств». «<…>Михаил, — это настоящая, художественная натура, гениальнейший дилетант…», - писал Р. Шуман.

А.Улыбышев был славен тем, что воодушевлял культурную жизнь в провинциальном Нижнем Новгороде. «Во главе нижегородской музыкальности стоял, бесспорно, Александр Дмитриевич Улыбышев. Это был коренастый, невысокого роста мужчина, с курчавыми, с проседью волосами, красноватым цветом лица, темными очками на глазах и голосом, внятным до того, что он слышался среди публики в громадном зале», - отзывался сенатор М. Веселовский о личности А. Улыбышева.

Его открытая барская жизнь в Нижнем Новгороде притягивала местных и приезжих меломанов.  «Дом Александра Дмитриевича был открыт не только для всех музыкальных знаменитостей, который попадали в Нижний, но вообще для артистов, художников, писателей. Так не миновали этого дома, Щепкин, Мартынов и др.», - замечает в своей статье об А. Улыбышеве Г. Ларош. 

Как писал сам хозяин музыкальных вечеров, встречи в его нижегородском доме проходили по четвергам и субботам. Там традиционно объединялись лучшие исполнители, чаще - дилетанты, реже – профессионалы, которых судьба забрасывала в Нижний Новгород. «Случайности службы собрали и поселили в нашем городе  нескольких выдающихся любителей, в числе которых, коллежского советника Кудрявцева, виолончелиста, полковника Верстовского, принадлежащего к известному семейству меломанов. Туземцы были - Михаил Михайлович Аверкиев; - братья Званцевы - оба отличные музыканты. Бог для нашего города сотворил чудо. Разве это не чудо – присутствие в провинции такого человека как, г. Франц Кинд, капельмейстер музыки резервного батальона? <…> Кинд играет с листа все, что ему ни дадут. <…> Наши петербургские друзья не без удивления прочтут перечень главных сочинений исполненных прошлою зимою в Нижнем: Stabat mater Палестрины, отрывки из Мессии Генделя, отрывки из Реквиема Моцарта; первая симфония Бетховена; до-мажорная и соль минорная симфония Моцарта; увертюры к Дон Жуану, к Волшебной флейте, к Гугенотам и другие. Из камерной музыки <…> мы сыграли и квартеты, и квинтеты трех отцов, как мы между собой называли Гайдна, Моцарта и Бетховена».

Музыкальный мир Моцарта М.Виельгорский и А.Улыбышев открыли для себя еще в юности. Молодой граф внимательно изучал и каждую оперную партитуру мастера. Не случайно генерал М. Бутурлин замечал у него особое отношение к автору «Дон-Жуана», «Граф Михайло Юрьевич почти что помешался на превосходстве Моцарта над всеми прочими композиторами, вследствие не проходило ни одного концерта из аматеров, чтобы он не поместил в программу чего-нибудь из оперы «Дон-Жуан»». Как у «русского Моцарта» - Д.Бортнянского, в симфониях и квартета графа сказалось увлечение музыкой кумира. Об этом свидетельствует пианист В.Ленц, который с уважением писал о моцартианстве  М.Виельгорского, о его тонком чувстве стиля, точных знаниях музыки почитаемого композитора.

В свою очередь А.Улыбышев отмечал: «Что касается знакомства с творениями Моцарта, то достаточно сказать, что я воспитывался в Германии, где Моцарт составляет почти такой же обязательный предмет учения как азбука, четыре правила и катехизис». Искренний интерес А.Улыбышева к творчеству австрийского мастера вырос в серьезную работу. Речь идет о «Новой биографии Моцарта». Главным значением своего труда он считал собственное нравственное удовлетворение и утверждал, что окончив его, «исполнил свой святой долг». А начиналось все в поместье Лукино: «Путешествия, дела, всякого рода заботы, по довольно обширному землевладельческому хозяйству, часто заставляли меня класть перо, иногда на несколько месяцев; но мысль о Моцарте неотступно следовала за мною среди дум об урожаях ржи и овса, вместе со мною скакала по большим дорогам и, когда я возвращался домой, первая приветствовала меня на пороге». Здесь он задумал и написал свое сочинение о Моцарте.

«Бог удостоил меня кончить благополучно 12-летний труд, который сам же он, Господь, на меня возложил, как я думаю», - воодушевленно высказывался о своей работе А.Улыбышев. «Лучшие наши артисты и литераторы осыпали меня ласками, а те, которые имели случай прочитать 1-й том моей книги, отзывались о ней с величайшею похвалою… Книги моей я роздал экземпляров до 30, между прочим, Графу Нессельроде, Графу Канкрину, сенатору Челищеву, Дегаю, М. Виельгорскому,  А. Львову, Графу Лавалю, М. Глинке». «Я написал книгу на французском языке, <…> старался придать слогу настоящую музыкальную звучность и, так сказать, мелодическую прелесть».

Создав монографию о Моцарте, А.Улыбышев считал культурную миссию перед своей малой родиной исполненной. «Таким  образом, наш Нижний Новгород, красавец русских городов, средоточие всемирной ярмарки, царь Волги и Оки, сливающих у ног его свои богатые воды, таким  образом, говорю я, город этот внес свое имя в летопись музыки <…> Надеюсь, что Отечество примет мое приношение», - писал А.Улыбышев.

М.Виельгорский и А.Улыбышев - просветители, аматеры, самозабвенно любившие музыку, стремившиеся развивать художественные вкусы русской публики XIX века. Помним ли мы их заслуги перед отечественной культурой? Уже тогда, в XIX столетии В.Соллогуб с горечью констатировал: «Граф Виельгорский прошёл незамеченный в русской жизни; даже в обществе, в котором он жил, он был оценен только немногими. Он не искал известности, уклонялся от борьбы и, несмотря на то — или, может быть, именно потому, — был личностью необыкновенной: философ, критик, <…> музыкант, товарищ,  он был живой энциклопедией самых глубоких познаний, образцом самых нежных чувств и самого игривого ума». Эти слова применимы и по отношению к незаурядной личности А. Улыбышева. Музыкант, критик и просветитель своего времени, он был довольно быстро забыт после смерти. Но не они ли настоящие герои своего времени? Или их время пришло сейчас? Не настал ли момент, чтобы вспомнить и оценить их заслуги перед Отечеством?

Виолетта Сорокина

Категория: Штрихи к портрету | Добавил: Admin (20.11.2014) | Автор: Виолетта Сорокина
Просмотров: 1090 | Теги: Улыбышевские ассамблеи, Улыбышев | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]